3.5 Боги, синагога и первые христиане
Религия Ликии — это не слово, а список имён.
Город Миры охраняла Артемида Элевтера, «Свободная». Её храм называли самым великолепным зданием Ликии, он изображён на монетах, а Опрамоас, как мы видели, платил и за его починку, и за праздник в её честь.
Будущее же у мирян спрашивали у Аполлона, а он отвечал через рыб. Недалеко от порта, в местечке Сура, на берегу бухты стояло его святилище. Плиний пишет, что рыбы приплывали, если трижды поиграть на флейте. Поликарм, которого пересказывает Афиней, говорит подробнее. Пришедший за предсказанием приносит две деревянные палочки с десятью кусками жареного мяса на каждой, жрец молча сидит у рощи, проситель бросает мясо в водоворот на песке. Жрец называет, какие рыбы приплыли, и по ним говорит ответ.
Для всей Ликии главным святилищем был Летоон близ Ксанфа, место общих праздников страны. Он посвящён Лето и её детям, Аполлону и Артемиде, и сюда приезжал Адриан. А одна из площадей Мир носила имя Диоскуров, близнецов, которых издавна считали покровителями моряков.
И были христиане. Павел побывал в Патарах и в Мирах, а «Деяния Павла», возможно, свидетельствуют о христианской общине в Мирах уже во II веке. Ликийская Церковь знала своих мучеников и писателей: епископ Олимпа Мефодий написал диалог «Пир десяти дев» и, вероятно, в 311 году принял мученическую смерть, а Евсевий в «Церковной истории» о нём не упоминает. На пути из порта в город, как мы видели, стоит святилище мучеников Крискента и Диоскорида. Были в Ликии и маркиониты, христиане со своим епископом, не принадлежавшие к Церкви.
А рядом жили соседи, которые христиан боялись. В 312 году города Ликии и Памфилии обратились к императору Максимину с просьбой запретить христианство. Они называли христиан безбожниками, больными древним безумием, и просили приказать, чтобы все чтили богов. Император согласился. Его ответ по-латыни высекли на верхней части того же камня в Арикандах. Целиком он не уцелел, остались лишь последние строки, но содержание известно: по более полной копии из соседнего города Ольбасы (письмо отправили из Сард в апреле 312 года) и по греческому тексту, который Евсевий взял с медного столба в Тире. Эти тексты почти совпадают.
В ответе император хвалит просителей за благочестие и объясняет, чем держится мир. Только забота богов не даёт земле отказать семени в урожае, не приводит войну и моровую порчу воздуха, не вздымает море бурями и не сотрясает землю так, что горы оседают в провалы. Всё это уже случалось, говорит он, и случалось по вине «губительного заблуждения» нечестивых людей. Тем, кто оставит заблуждение, он обещает радость людей, спасённых от внезапной бури или тяжёлой болезни. Тех, кто упорствует, разрешает, «как вы желали», изгнать из города и его области. А в награду за такое усердие предлагает городу просить любой дар. Так страхи, о которых мы говорили выше, неурожай, мор, шторм и землетрясение, получили в этом письме виновника.